wild mood swings (1996)

Трус не играет в хоккей. Нацепив хоккейную кофту с русской фамилией, бесстрашный герой нашего романа снова в кадре. Спустя четыре года – здравствуй, мир: на полках музыкальных магазинов новый опус, Wild Mood Swings. В группе опять перемены: новый ударник и старый добрый Роджер О’Доннелл, которые пришли взамен Уильямса и Томпсона. Веселый Роджер встал за клавишные, освободив Перри Бамонту руки для гитары.

С перепадами настроения все ясно, фанаты The Cure к этому привыкшие, а вот слово “wild” в английском, как мы любим, переводится неоднозначно. Тут тебе и дикость, и буйство, и полный улет. Но в целом понятно, какой смысл закладывал в название Смит. Клоун, расколотый напополам – обложка говорит за все и за всех.

На пластинке полное соответствии с концепцией. Кидает туда-сюда, то в лес, то по дрова – но, как ни странно, альбому такая кардиограмма к лицу. К тому самому, клоунскому. Когда нет определенного настроения – это тоже настроение. Капризное, нервическое, взбалмошное, словно дворянская девица в фижмах и папильотках. Смит не раз и не два признавался в нехватке усидчивости, умения довести замысел до конца, и на Wild Mood Swings непоследовательность становится принципом, да еще со своей, аритмичной по сути, логикой.

Говорят, во время записи в студии стоял смех коромыслом. Друзья, родственники, сессионные музыканты – всем нашлось место на этом празднике жизни. Во всяком случае, красок и теней на аудиополотнах стало еще больше: на обложке, в аранжировках, в лирике – всюду дань колористическому буйству второй половины 90-х. Желтый фон, красный клоунский нос, жирные, словно писанные маслом, гитары и вообще какое-то раблезианское изобилие эмоций. От надрывного вдоха сквозь разочарование, клубничный восторг, ванильное мороженое, «Stolichnaya, Banco De Gaia» и романтические всплески межпланетной энергии – до опустошенного семиминутного выдоха. Голая и печальная правда Bare не оставляет шансов ни Mint Car, ни Gone!, ни Round And Round, хотя, честно сказать, их наличие – это уже шанс. В жизни бывает по-всякому: и с надрывом, и с цинизмом, и цирк, и нежно, и припеваючи, но в итоге остается одно:

But there are long long nights when I lay awake

And I think of what I’ve done

Of how I’ve thrown my sweetest dreams away

And what I’ve really become

And however hard I try

I will always feel regret

However hard I try

I will never forget

Bare и есть лучшая песня альбома. Но самая красивая — Jupiter Crash. Про частицы кометы, которые влетели в Юпитер. И не только про это.

 

 

 

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

  • sweet as

%d такие блоггеры, как: